твенного здравоохранения в мире, затронувший приблизительно 35 миллионов человек в Центральной Азии. Однако несмотря на обширную документацию медицинских последствий — повышенных показателей заболеваний органов дыхания, онкологических заболеваний, анемии и младенческой смертности — научное внимание к правовым основам, регулирующим оказание медицинской помощи и защиту прав пациентов в пострадавших от катастрофы сообществах, остаётся ограниченным.

В настоящей статье на примере Аральского региона исследуется правовое регулирование прав пациентов в зонах экологического бедствия. Оценивается степень соответствия законодательства Узбекистана о здравоохранении международным стандартам, установленным Международным пактом об экономических, социальных и культурных правах, рамкой AAAQ Замечания общего порядка № 14 (наличие, доступность, приемлемость и качество), Хартией ВОЗ о правах пациентов на безопасность и Европейской хартией прав пациентов.

Проведённый анализ выявляет значительные расхождения между международными стандартами и их реализацией на национальном уровне. Регулятивная база здравоохранения Узбекистана характеризуется чрезвычайной фрагментированностью: 76 законов и более 400 подзаконных актов создают правовую неопределённость. Гражданско-правовое регулирование медицинских услуг остаётся недостаточным, а фактическое отсутствие общедоступной судебной практики по медицинским спорам свидетельствует о глубоком дефиците механизмов подотчётности.

Статья завершается рекомендациями по законодательной кодификации, институциональной реформе и целевым мероприятиям в Аральском регионе, предлагая более широкие уроки для международного права охраны здоровья при решении проблем экологических медико-санитарных чрезвычайных ситуаций во всём мире.